23.02.2024

Ярославский мятеж

1 минута чтение

  В последнее время все чаще делаются попытки героизации и обеления непосредственных участников и руководителей вооруженного мятежа. Сам вооруженный мятеж преподносится как благородное восстание народа против тирании советской власти.

Так ли это на самом деле, думаем, читателям поможет разобраться ниже опубликованный очерк «Ярославский мятеж» из книги «Верой и правдой. ФСБ. Страницы истории», выпущенной в свет 2001 году ярославским издательством «Нюанс».  

«ЯРОСЛАВСКИЙ МЯТЕЖ»

Ярославским событиям июля 1918 года способствовала сложившаяся экономи­ческая и политическая обстановка в стране. Власть большевиков была в опасности. 23 декабря 1917 года Англия и Франция заключили соглашение по оказанию помо­щи белогвардейцам. Путем вооруженной интервенции страны Антанты поддержи­вали внутренние антиправительственные силы, пытались заставить Россию продол­жать войну с Германией.

Серьезную угрозу для страны представляли также тайные контрреволюционные организации, большинство из которых получали помощь от иностранных госу­дарств.

Выступление в Ярославле было организовано крупной подпольной заго­ворщической организацией «Союзом защиты родины и свободы». Его создал в начале 1918 года в Москве многоопытный террорист и конспиратор Б. В. Савин­ков. «Союз защиты» имел отделения в Казани, Муроме, Ярославле, Рыбинске и других поволжских городах, а также в Челябинске и Рязани. Командующим его войсками являлся генерал Рычков, начальником штаба – полковник А. П. Перхуров, членами штаба – О. А. Бредис, А. А. Дикгоф-Деренталь, Н. С. Григорьев и другие. Штаб имел отделы: оперативный, иногородний, мобилизационный, раз­ведки и контрразведки, террористический, сношений с союзниками и агитацион­ный. Численность «Союза защиты родины и свободы» достигала пяти тысяч чело­век. Некоторые из его членов занимали важные должности в советских учреждени­ях, в штабах Красной Армии и в органах Военного контроля.

Первоначально планировалось поднять восстание в Москве. Позже руководите­ли «Союза защиты» осознали, что сил для развития успеха недостаточно. Разрабо­тали новый план, согласно которому предполагалось организовать выступление в 23 городах Поволжья и одновременно в Москве, с тем чтобы дать возможность объединиться войскам англо-французских интервентов на севере с частями чехо­словацкого корпуса.(курсив здесь и далее ЖЖ За Тутаев)

Выступление готовилось тщательно. Осторожно подыскивались надежные люди, в основном офицеры царской армии. Из них формировались пехотные, кавалерий­ские, артиллерийские подразделения – роты, эскадроны, батареи. При штабе имелась группа офицеров, выполнявших функции разведки и контрразведки.

Руководители «Союза защиты» наладили связи с иностранными миссиями в Москве для получения обещанной помощи. Роль «министра иностранных дел» выполнял Дикгоф-Деренталь, владевший несколькими иностранными языками. Впоследствии Перхуров показал на суде, что их союз «существовал главным обра­зом на средства, получаемые от союзников, в частности, от французской миссии… он получал помощь и от чехословацкого корпуса, но не непосредственно, а через французскую миссию. Получили от профессора Масарика тысяч 200… Без внешней поддержки мы бы не решились на восстание с теми ресурсами, какие были у нас». Савинков также признал, что он получил от французского посла Нуланса на под­готовку вооруженного выступления полтора миллиона рублей. Союзники обещали двинуть войска на Ярославль с севера сразу после начала военных действий.

Своим уполномоченным в Ярославле Савинков назначил Перхурова и пообещал ему прислать из других городов несколько сот офицеров. Накануне мятежа Перху­ров приезжал в Ярославль, проверял готовность к выступлению, привез деньги.

В конце июня в Ярославль пожаловал сам Б. В. Савинков. Он провел перегово­ры с представителями меньшевиков Дю­шеном, Богдановым, Савиновым и зару­чился их поддержкой. Отношение мест­ных меньшевиков к событиям было нео­днозначным: от первоначально объявленного нейтралитета до прямой поддер­жки перхуровцев. Особую позицию заняли бундовцы (Бунд – Всеобщий ев­рейский рабочий союз, действовавший в России, Польше и Литве). На заседании в первый день выступления они приняли постановление: «Определить движение как авантюру, начатую и проводимую группой совершенно неизвестных лиц и чуждую рабочим. Потребовать ухода из перхуровского штаба Дюшена и Савино­ва. Обратиться с воззванием к рабочим фабрик и заводов, торгово-промышленным служащим и профсоюзам немедленно созвать рабочую конференцию для об­суждения создавшегося положения». Позднее за нарушение постановления о нейт­ралитете Савинова и Дюшена исключили из партии. Однако они продолжат актив­но сотрудничать с Перхуровым: Савинов будет подписывать вместе с ним приказы как заместитель, Дюшен станет исполнять роль комиссара по особым поручениям.

Захват города начался утром 6 июля 1918 года с небольшой заминки: Перхуро­ву с трудом, после двух попыток, удалось собрать в условленном месте (в районе Леонтьевского кладбища) около ста офицеров. Половина их, как потом показывал на суде Перхуров, прибыла из других городов. После захвата артиллерийского склада у Леонтьевского кладбища и формирования отрядов мятежники двинулись в центр Ярославля. Сам Перхуров с группой офицеров из тридцати человек при двух орудиях направился к дому (впоследствии здание главпочтамта), где намеча­лось разместить штаб. Этот же отряд разоружил конных милиционеров, следовав­ших к Всполью, где, по поступившим сигналам, якобы грабили склады. После при­бытия в штаб Перхурову донесли о захвате телеграфа и ряда других общественных учреждений. В руках мятежников оказался железнодорожный мост через Волгу и заволжская часть Ярославля – Тверицы.

  Савинков, Перхуров и их ближайшие сторонники всеми силами стремились придать выступлению хотя бы видимость всенародного характера – таким было условие Антанты. Однако материалы расследования событий лета 1918 года, доку­ментальные источники, воспоминания участников и очевидцев свидетельствуют, что организовать народное восстание в Ярославле членам «Союза защиты» не удалось. Уставшие от войны, недостатка продовольствия, безработицы и неразберихи в губернском руководстве ярославцы в полной растерянности встретили приход очередной «новой власти», которая призывала население оставить свои дома и пойти воевать. На судебном процессе по делу Перхурова отмечалось, что горожане в сво­ей массе отнеслись к мятежу равнодушно и наблюдали за событиями как бы со стороны. Бойцов из числа обывателей не было. По словам Перхурова, он рассчитывал на помощь двухсот рабочих, но, заявил он на суде, «… я ошибся в расчетах, масса меня не поддержала».

Объявив себя командующим Ярославским отрядом Северной добровольческой армии, Перхуров издал ряд приказов и постановлений, которыми ввел в Ярославле и губернии военное положение, упразднил все советские законы и декреты, восста­новил органы власти, существовавшие до октября 1917 года. Координационным центром всех «преобразований» являлся штаб, состоявший из 27 структурных под­разделений. Круглосуточную службу в нем несли более 60 человек. Штабные офице­ры проводили на предприятиях собрания и митинги, призывая рабочих присоеди­ниться к мятежникам. Особую ставку делали на железнодорожников, пытаясь удер­жать мост через Волгу, по которому ожидали прибытия с севера иностранных войск.


Добавить комментарий